Гл.6.США - СССР: сотрудничество с метеооружием наизготовку

Индекс материала
Гл.6.США - СССР: сотрудничество с метеооружием наизготовку
Страница 2.
Страница 3.
Страница 4.

 

Подводить итоги десятилетнего увлечения методами искусственногодождевания для американцев оказалось труднее, чем эти методы разрабатывать. При Президенте Соединенных штатов был создан Консультативный метеорологический комитет, который в 1958 году подготовил специальный доклад, отрезвивший многих энтузиастов искусственного дождевания. Основной вывод комитета гласил: проекты по засеву облаков в равнинных местностях не дали эффекта. В отношении горных районов западной части США вывод был более обнадеживающим; в докладе говорилось, что засев частицами йодистого серебра орографических облаков может обусловить увеличение осадков на 10-15 процентов. Но и этот оптимистичный вывод не был принят единогласно: доклад комитета подвергся резкой критике со стороны специалистов по математической статистике на том основании, что при проведении большинства воздействий на облака отсутствовало научное сопровождение и надлежащий контроль.

Примерно такой же переоценке подверглись проекты активного воздействия на облака и со стороны Всемирной метеорологической Организации (ВМО), которая первое время никак не реагировала на то, что американский бум искусственного дождевания без должных оснований перекинулся на многие другие страны.  Когда ажиотаж с искусственным дождеванием стал явно вредить делу, ВМО провела анализ большинства проектов, выполненных в период этого бума и констатировала: Имеются некоторые основания предполагать, что там, где часто наблюдаются облака определенного типа, умело проводимые операции по засеву могли бы дать местное увеличение осадков, экономически выгодное... Увеличение количества осадков, не вызывающее сомнений, еще не было получено. Это относится ко всем случаям активных воздействий, описанным в научной литературе. Представляется, что большинство заявлений, сделанных в других публикациях и газетах, не имеют достаточного основания.

Доводы специалистов были услышаны,  производство искусственных дождей быстро пошло на спад, но одновременно федеральные власти увеличили финансирование научных исследований в этом направлении. В целом к американцам пришло понимание того, что, если и существуют методы управления погодой, то об их коммерческом использовании говорить надо с большой осторожностью. И хотя работы по активным воздействиям в засушливых штатах продолжались, большинство экспертов понимали: крупномасштабные проекты модификации погоды выходят за рамки юрисдикции штатов, и Соединенным Штатам необходимо разработать общенациональную политику в отношении активных воздействий на погоду.

Особенно много нестыковок было в социальной и правовой составляющей проекта «погода на заказ». Так, в начале лета дожди ‒ благо для фермера, выращивающего пшеницу, но плохо ‒ для владельцев туристического бизнеса или садоводов, выращивающих клубнику; дождь в середине лета зернопроизводителям уже не нужен, зато он во благо животноводам. По таким нестыковкам было немало судебных тяжб, а где-то и открытых конфликтов. Однажды, в одном из штатов, по заказу гидроэнергетиков, в зоне водосборных рек водохранилища были сооружены генераторы йодистого серебра и «дождеватели» стали проводить засев облаков. Может быть, и не в этой связи, но дожди шли не прекращаясь в течение трех недель, после чего местные жители, в большинстве живущие за счет туристов, пригрозили линчевать производителей искусственного дождя, если те не демонтируют свои установки...

Там, где изменение погоды носило неординарный характер, рождались слухи об испытании военными неизвестных химических веществ и в некоторых штатах общественность стала требовать полного запрета засева облаков. В августе 1969 года, когда во время проведения знаменитого рок-фестиваля на фермерском поле вблизи городка Вудстока пошел сильнейший ливень, многие посчитали: это дело рук власти, которая ливнем искусственного происхождения «разгоняла» полумиллионную тусовку «хиппи» (превративших фестиваль в невообразимое буйство и разврат). Доказательств этому не нашлось; это, наверное, действительно, были слухи, но и объективных тупиковых ситуаций за многие десятилетия искусственного дождевания в США накопилось так много, что национальную политику в области активных воздействий на погоду американцы разрабатывают до сих пор….

 

СССР: на пути к реализации «права на погоду»

Американские «активщики» совсем не свертывали оперативные работы по воздействию на погоду в том числе и потому, что в этой сфере им на пятки постоянно наступал Советский Союз, а где-то, как им казалось, и опережал. Особенно тревожила Соединенные Штаты созданная еще в начале 60-х годов советская противоградовая служба, которая считалась в СССР не просто эффективной, но и весьма прибыльной. Это обстоятельство задевало умевших считать деньги американцев, у которых с эффективностью градозащиты дела совсем не ладились, хотя проблема считалась острейшей ‒ потери от градобоя в отдельные годы оценивались в США в миллиард долларов. К тому же, «дотошных» американских фермеров не устраивал тот факт, что, в результате воздействий на градонесущие облака, наряду с уменьшением количества выпадаемого града, уменьшалось суммарное количество выпадающего дождя. Понятно, что для засушливых районов (где в основном и выпадает град), фактор дождя казался не менее значимым, чем защита от града.

Одним словом, позиция американских специалистов в этом вопросе была довольно неопределенной, и их, мягко говоря, раздражал необычайный оптимизм коллег из СССР, представлявших во Всемирную метеорологическую организацию цифры эффективности, удивлявшие экспертов многих стран, где осуществлялись градозащитные работы методом активных воздействий на облака. Недоверие к этим цифрам стало проявляться с самого первого отчета, в котором один из советских ученых, директор Высокогорного геофизического института Г. К. Сулаквелидзе, поведал миру о результатах внедрения в практику разработанного им метода засева облаков большим количеством кристаллов йодистого серебра, доставляемых в облака снарядами зенитных орудий.

Трехлетний эксперимент по внедрению артиллерийского метода градозащиты Сулаквелидзе начал в 1962 году в верховьях реки Малки в Приэльбрусье. Место это для Георгия Константиновича очень памятное: он один из тех военных альпинистов, кому в феврале 1943 года была поставлена задача ‒ выбить с горных перевалов немцев, сбросить с вершины Эльбруса вражеские штандарты и водрузить там советский флаг. После того памятного события прошло 20 лет и вот в его родных краях опять грохочут орудия и одна из задач бывшего лейтенанта, а ныне известного ученого ‒ на практике доказать, что уже отслужившие в армии зенитки вполне еще могут послужить народному хозяйству. На доказательство Сулаквелидзе выделил три года ‒ срок для природных экспериментов явно недостаточный: эта торопливость и настораживала американских «актившиков», расширенными от удивления глазами вчитывавшихся в отчет советских коллег:

За три года в предгорьях Кавказа проведено около 60 опытов по обработке градовых облаков снарядами калибра 100 миллиметров, начиненными льдообразующим реагентом…. На защищаемой территории за эти годы не было отмечено ни одного случая выпадения града, тогда как на смежных участках такой же площади ежегодно наблюдалось более 10 градобитий.

100 процентную эффективность эксперимента американцы простили бы (ну повезло грузину, бывает), они просто никак не воспринимали вывод Сулаквелидзе о том, что на защищаемой территории не только не обнаруживалось уменьшения количества дождя (что почти постоянно фиксировали американцы), а, наоборот, наблюдалось его значительное увеличение. Получалась, что советские специалисты разработали метод, позволяющий с максимальной эффективностью решать одновременно сразу две задачи, которые до этого никто в мире и по отдельности не мог решить: защитить от града виноградники на 100 процентов и получить дополнительно 10-15 процентов искусственного дождя. (Поняв, что со 100 процентной эффективностью вышла «промашка», в последующих отчетах советских активщиков стали фигурировать цифры в диапазоне от 50 до 90 процентов).

Удивлял иностранцев и быстрый рост успехов наших специалистов, использующих для разрушения градовых облаков ракеты. В некоторых странах Европы тоже применяют ракеты, но они – небольшие, с оболочкой из картона; запускаются с простеньких станков в нижнюю часть градового облака, где они безопасно самоуничтожаются. Наши ракетные установки, типа «Алазань» или «Облако», имели четыре направляющих и служили для доставки реагента в облака на расстояние до 9 км, затем количество направляющих увеличили до 12. Это был не предел, и вскоре была начата разработка ракетного комплекса «Небо» с… 18 направляющими и высотой стрельбы до 13 километров. Отработанные части ракеты при этом планируется спускать на парашютах. Такое бурное наращивание «огневой» мощи советской противоградовой службы, по мнению многих экспертов, означало одно ‒ если в результате повышения мощности ракет эффективность и росла, то явно ‒ не экономическая.

…В основном росли амбиции руководителей республиканских военизированных служб. Им, как и градозащитникам, стоявшим в касках у орудий и ракетных установках, предписывалось носить форму, но строго регламентировались только аксессуары гимнастерок и кителя. Что касается брюк, то в описании оговаривался только цвет, и эта свобода выбора подвела начальника республиканской противоградовой службы Армении. Оценив большую звезду на шевронах пошитого для него кителя как маршальскую, он таковым себя и объявил, приказав пришить к брюкам генеральские лампасы. Какое-то время он шиковал в «маршальской» форме по высоким кабинетам и ресторанам Еревана, потом заявился в ней и в Москву. На выходе из самолета он вызвал подозрение у столичной милиции, и самопровозглашенному «маршалу» долго пришлось объяснять, какой род войск он представляет… Ему же вскоре пришлось объясняться и с представителями авиации. Последние просто случайно узнали, что несколько 100 миллиметровых зенитных орудий армянских градозащитников без всякого согласования с авиаторами, расстреливают облака в зоне, где пролегает международная авиатрасса, соединяющая Европу и страны Среднего Востока.

…Не отставали советские активщики от американских коллег и в части разработки других технологий активных воздействий на погодные процессы (рассеяние туманов и низкой облачности, увеличение осадков). Во всех случаях успех обусловливался, скорее всего тем, что длительное время весь комплекс исследований и практических работ в этой области находился под контролем начальника Главного управления гидрометслужбы СССР (ГУГМС) Е. К. Федорова. Известный полярный исследователь, Герой Советского Союза, академик АН СССР, лауреат Сталинской и Государственной премий СССР, член Президиума Верховного Совета СССР, обладатель многих других наград и званий был ревностным сторонником внедрения в производство методов воздействий на облачные процессы.

В 1947 году генерал-лейтенант Гидрометслужбы Федоров попал под огонь необоснованной критики со стороны высшего руководства страны. Поводом, вроде бы, послужил неудачный прогноз погоды на первомайские праздники, но официально идеологические органы партии инкриминировали ему довольно распространенное в послевоенные годы, обвинение в пресмыкательстве и раболепии перед заграницей, приписав главному метеорологу страны тесное сотрудничество во время войны с американцами и англичанами, выразившееся в передаче им метеоданных. Сам Федоров не отрицал, что в 1944 году знакомил американских и английских моряков с морскими лоциями Северного морского пути в рамках проведения совместных операций по проводке северных морских конвоев, доставлявших в северные порты СССР грузы по договорам Ленд-Лиза. Эти доводы не помогли и уважаемый в стране человек был предан так называемому суду чести, после которого Сталин лично лишил его генеральского звания, разжаловав в рядовые.

Попал под жернова послевоенной политической чистки и другой Герой Советского Союза из четверки папанинцев ‒ Петр Ширшов; в 1948 году его лишили поста наркома морского флота СССР. У самого Ширшова политической статьи не было, но такую статью (шпионаж в пользу английской разведки) «впаяли» его красавице жене, актрисе театра, отказавшей Лаврентию Берии в сексуальных домогательствах. Ее отправили на Колыму, где она погибла в 47 году. Петр Петрович очень тяжело переживал трагедию, возможно, от этого заболел раком и, попросту говоря, запил горькую, что формально и послужило причиной снятия с должности наркома. Федоров в этом плане оказался более стойким, он увлекся научной работой, после реабилитации возглавил Институт прикладной геофизики, а в 1959 году ‒ созданный по решению Правительства Межведомственный научный совет по активным воздействиям. С этого момента, как отметили его соратники, Федоров от изучения природных процессов перешел к активной защите природы,… от описания ‒ к проектированию природы.

В 50-х годах в Соединенных Штатах осуществлялись десятки проектов в сфере искусственных воздействий на погодные процессы. На всякие достижения «империалистов» советским ученым надо было реагировать встречными разработками. Так как в технологическом плане соперничать с американцами мы не могли, то реагирование обычно проявлялась в показе грандиозности наших замыслов. Наиболее простыми, и в тоже время впечатляющими, могли быть работы по рассеиванию переохлажденных слоистых облаков, но они не были востребованы практикой. Ситуация поменялась в конце 52 года, когда советским специалистам-активщикам в срочном порядке было рекомендовано к таким работам приступить. Как оказалось, по причине страстной любви И. Сталина к авиационным парадам…

Такие парады в главные советские праздники с 1937 года проводились регулярно во многих крупных городах СССР. В парадах участвовало огромное количество самолетов: в Москве ‒ по несколько сотен бортов, в целом же по стране в небо во время парадов поднималось до 5 тысяч самолетов. Но иногда подводила погода. Из-за дождя была отменена авиационная часть Парада Победы 24 июня 1945 года, сильный снегопад и метель помешали проведению в Москве воздушного парада 7 ноября 1941 года, хотя и в это тяжелейшее для страны время к вылету на парад были готовы несколько авиаполков. Вместо тренировок летчики перед праздником совершили 600 боевых вылетов с целью уничтожения вражеских самолетов на аэродромах ‒ предполагалось, что немцы попытаются не только сорвать парад, но и разбомбить Мавзолей вместе с находящимся на его трибуне руководством страны. По воспоминаниям военачальников авиации и средств ПВО момент был настолько ответственный, что Берия перед парадом передал слова вождя о том, что им грозит «виселица на Красной площади, если к Москве прорвется хотя бы один немецкий самолет».

 



Обновлено (20.03.2015 18:32)